Коровник. Семён Грила

Мир рассказа устроен так, что дела за людей ведут боты. Бот Льва Карловича задаёт ученикам вопросы, читает ответы и ставит оценки, проверяет контрольные, написанные ботами учеников, а конфликт с директором улаживает сам: «Конфликт с директором легко уладил его бот, списавшись с ее ботом». Скандал начался тоже не с людей — «возбуждение директора вызвано завистливыми ботами коллег-учителей», у которых с родителями так гладко не вышло. При этом разговоров бота с ботом в рассказе не показано ни одного: о них сообщает рассказчик. Показаны разговоры самого Льва Карловича — с Моникой, с директором, с очередью в поликлинике и со своим ботом, который зовёт его Лёвой и на «ты». Диалог идёт с обычными ремарками («– сказала Моника», «– сказал бот»), а отдельные сцены обходятся вовсе без реплик: коровник с воспоминанием о деде и его бабочках, эпизод, где ученики собирают прибор, абзац «Жизнь текла своим чередом».

Коровник — не сон и не мистика. Лучший ученик Антон, «используя подсказки нейросети и 3D-принтер», собрал излучатель для воздействия на подсознание учителя. Дети хотели добра — «они просто отвлекали его от повседневности, берегли от рутины», — но не знали, что «профиль учителя выдает под воздействием излучателя флуктуацию с коровником». Узнав разгадку, Лев Карлович просит прибавить мощность, чтобы произвести впечатление на Монику: в коровнике заводится вторая жизнь, с именами для коров и дойкой вдвоём. Кончается это тем, что Моника заводит бота, её боту кто-то объясняет про лучи, и она уезжает на курсы повышения квалификации. Из-под контроля выходит при этом не бот: бот слушается до последней страницы и в финале просто выключен — «Лев Карлович отключил бота и пошел в школу». Выходит из-под контроля коровник, то есть ровно та машина, которая берегла от рутины: на просьбу отключить её бот отвечает «Не могу, – сказал бот. – Он стал больше меня» и «Он меня может, а я его – нет». Учитель идёт назад к тетрадкам — «Но коровы не отпускали».